"Два дракона: Китай и Япония" >>


Загадочное искусство «цигун»

Умение управлять своей жизненной силой и составляет суть загадочного искусства «цигун». Это слово, многократно звучавшее в нашем разговоре, я бы рискнул перевести как «усердие духа». Во всяком случае, это ближе к истине, чем объяснение, которое обычно дается в наших справочниках: «вид дыхательной гимнастики, применяемый в китайской народной медицине».

Лишь уяснив суть слова «цигун», можно провести точную грань между терминами «ушу» (боевые искусства) и «кунфу» (что обычно переводится как «китайская национальная борьба»). Проще всего это выразить формулой: «кунфу – это ушу плюс цигун». Именно монахи школы Чань добавили к приемам восточных единоборств умение управлять своей жизненной силой, выявлять скрытые резервы человеческого организма. По словам настоятеля, умение управлять своим «ци» сохраняет здоровье и продлевает жизнь.

Кроме боевых искусств, этому способствуют и другие формы активной медитации, например каллиграфия и стихосложение. (Мне прежде как-то не приходило в голову, что состязания в каллиграфии и фехтовании при конкурсах на государственные должности в феодальном Китае, а также поистине массовое увлечение японцев таким жанром поэзии, как хайку, где в единственной строфе раскрывается один художественный образ, – все это связано с приемами цигун.)

Мы долго ходили по монастырскому двору, где, как в музее, расставлены человеческие фигуры в натуральную величину, демонстрирующие, как монахи обретают «усердие духа».

Монах по имени Ши Янху выполнил прием «железная кольчуга». Он разделся до пояса и попросил бить его толстым стальным прутом. Мои робкие удары вызвали смех. Два монаха взялись за дело сами, причем колотили и по плечам, и по спине, и по животу, и по самому болезненному месту – левому боку. Когда по просьбе Ши Янху я пощупал его тело, оно показалось словно выточенным из дерева.

Высокого мастерства требует и прием «обоюдоострое копье». Гибкий камышовый прут имеет два острых металлических наконечника. Два человека приставляют концы копья себе к горлу и ходят кругами, то сближаясь, то расходясь. При этом прут изгибается дугой, вдавливается в тело, но люди остаются невредимыми.

В завершение показа принесли доску, из которой, как щетина из щетки, торчали шестидюймовые гвозди. Монах улегся на их острые концы. Сверху водрузили бетонную плиту и принялись колотить по ней кувалдами, пока не разбили. После этого на спине человека остались ряды красных точек, но кожа нигде не была проколота.

– Человек слишком уверовал в свое всемогущество, в свою власть над природой, – рассказал мне профессор Янь Хай, член правления Китайского общества по изучению цигун. – В отличие от наших предков, мы разучились обращаться к своему подсознанию. А если не использовать заложенные в человеке способности, они угасают. С помощью цигун можно раскрепостить скрытые резервы человеческого организма, причем не только физические, но и интеллектуальные…